Контактная информация

Сума Чакрабарти: «Ожидаю больше реформ в течение следующих пяти лет»

Сума Чакрабарти: «Ожидаю больше реформ в течение следующих пяти лет»
Фото: Dynamic Uzbekistan

Сума Чакрабарти рассказал в интервью Dynamic Uzbekistan о своих задачах на посту советника президента Узбекистана по вопросам экономического развития, управления и международного сотрудничества, о важности создания юрисдикции общего права в Узбекистане. Он также указал на необходимость ускорить трансформацию государственных предприятий и важность реформы государственного управления, которая должна повысить эффективность работы сектора.

– В качестве президента Европейского банка реконструкции и развития (ЕБРР) вы застали новый этап сотрудничества банка с Узбекистаном. Какие факторы послужили интенсификации деятельности банка в стране?

– Основная причина, по которой ЕБРР смог возобновить работу в Узбекистане, заключалась в том, что Шавкат Мирзиёев пришел к власти в качестве президента и приступил к экономическим реформам. Он очень четко дал понять, что частью его пути к будущему Узбекистана является открытость на региональном уровне и с международными организациями. Из-за этих реформ ЕБРР смог возобновить работу в стране. Это очень хороший перезапуск сотрудничества. Последние несколько лет банк инвестировал огромные средства в развитие Узбекистана.

– Скоро исполнится год с тех пор, как вы стали советником президента Узбекистана. Этот период совпал с непростыми временами. Насколько эффективно удалось преодолеть кризис, вызванный пандемией коронавируса?

– Я думаю, что антикризисные меры были очень полезны. Давайте начнем с ситуации в здравоохранении. Если вы посмотрите на данные, Узбекистан справился с кризисом довольно хорошо. По сравнению со многими другими странами число смертей в Узбекистане значительно меньше. Ключевым вопросом со стороны здравоохранения является вакцинация. Очень важно, чтобы население было вакцинировано. И этот вопрос касается не только Узбекистана, он является общим для всей Центральной Азии. Важно объяснить людям, что вакцинация отвечает их интересам и интересам общества в целом. Итак, нам действительно нужно больше узнать о вакцинации, и правительство это понимает.

Что касается экономических мер, то правительство хорошо распорядилось Антикризисным фондом, попыталось укрепить систему здравоохранения, поддержало работников государственных предприятий, а также помогло предприятиям с ликвидностью, поддержало процесс субсидиями и гарантиями. Все меры были абсолютно необходимы для сохранения бизнеса и рабочих мест. Многие другие страны сделали то же самое, включая Великобританию. Однако в среднесрочной и долгосрочной перспективе, учитывая ограниченность ресурсов, важно задать вопрос: как долго правительство может и должно продолжать эти меры? Существует риск того, что бизнес может пристраститься к государственной поддержке и не сможет адаптироваться к новым реалиям. В какой-то момент эту опору следует осторожно удалить, она не должна быть постоянной. Если это произойдет, то в долгосрочной перспективе такая политика будет действовать вразрез с интересами развития рыночной экономики.

Несмотря на пандемию, правительство Узбекистана продолжило работать над своими ключевыми реформами. Это было нелегко, потому что трудно привлечь внимание стратегических инвесторов во время пандемии. Но, я думаю, продвижение программы приватизации и государственно-частного партнерства (ГЧП) очень важно для того, чтобы не потерять импульс реформ. В целом Узбекистан хорошо справляется с кризисом. Это одна из немногих стран, которые показали положительный рост в прошлом году.

– Вы упомянули программу приватизации государственных предприятий. Существует ли опасность слишком быстрой приватизации?

– В процессе приватизации важны три вещи: найти правильный баланс, правильную динамику и сделать это хорошо. Приватизация во многих странах показала, что главная проблема заключается в определении того, что означает «хорошо». Прежде всего, конкуренция является важной частью приватизации. Нет смысла приватизировать государственную монополию и превращать ее в монополию частного сектора. Для каждого сектора, который будет проходить процесс приватизации, необходимо разработать надлежащую практику конкуренции.

Во-вторых, внедрение корпоративного управления в этих организациях важно для обеспечения того, чтобы они вели бизнес с соответствующим подходом. Правительство понимает этот момент. Это важно, потому что, если компании сохранят «государственные привычки», они не смогут конкурировать после приватизации с более эффективными компаниями из частного сектора и быстро рухнут. Таким образом, совершенствование управления, и способов принятия решений, наличие правильных стратегий очень важно для правильной приватизации.

Но я хотел бы видеть больше независимых директоров на этих предприятиях. Я думаю, что 30% – это мало. Цифра должна быть выше. В противном случае мы не увидим изменений в мышлении руководства бизнеса. В то же время важно сбалансировать необходимость двигаться вперед с необходимостью сделать все правильно.

Последнее, что я бы сказал о приватизации, – это оценка государственных активов. Процесс приватизации во многих странах встал перед этой задачей. Правильный подход – это осознание рыночной стоимости, а не балансовой стоимости.

Мы можем притворяться, что эти компании стоят своей балансовой стоимости, но реальность такова, что рынок так не думает. И, боюсь, прав рынок. Таким образом, попытка продать по балансовой цене, которую никто не готов платить, в конечном счете просто не стоит того. Если вы можете вернуться в Великобританию 1980-х годов в рамках программы приватизации, то именно желание создать рыночную экономику стало движущей силой этой программы, сделало ее успешной, и соотношение цены и балансовой стоимости не было критерием ее успеха, вместо этого была рыночная стоимость. Я надеюсь, что правительство Узбекистана услышало меня по этому поводу.

– Каковы ваши основные функции в качестве советника президента?

– Как советник президента я занимаюсь тремя широкими областями. Во-первых, я консультирую по стратегии экономического развития и экономической реформе. Туда входят вопросы инвестиционного климата, а также приватизации и ГЧП, предпринимательства, создания благоприятной деловой среды. В рамках всего этого я продвигал идею рассмотрения вопроса о создании юрисдикции английского общего права, потому что я думаю, что это помогло бы придать гораздо большую уверенность многим иностранным инвесторам, которые хотели бы инвестировать в Узбекистан.

Многие иностранные инвесторы сейчас приезжают в Узбекистан и настаивают на том, чтобы положения об урегулировании споров в их контрактах находились в Лондоне в соответствии с этим общим правом.

Я хочу сказать, что разрешение споров действительно должно происходить в Узбекистане, поэтому нам необходимо создать приемлемую юрисдикцию на местном уровне, соответствующую международным стандартам. Я хочу воздать должное членам AmCham, которые очень помогли в разработке этого первого компонента «дорожной карты». Но также и многим местным предпринимателям. Итак, это первый столп моей работы, – стратегия экономического развития и экономическая реформа.

Второй столп касается эффективности государственного управления. В Узбекистане предстоит много сделать для улучшения госуправления как в центре, так и в регионах. Это признают многие. Прежде всего, президент хочет больше внимания уделять результатам госуслуг, а не процессам, чтобы народ получал качественное здравоохранение, образование и доступ к основным коммунальным услугам. Эти вещи действительно важны во всех регионах страны. Реформа государственного управления должна повысить эффективность работы государственного сектора путем создания системы достижения ключевых результатов.

Частью второго компонента является упрощение процедур в правительстве, которое унаследовало советскую структуру. Она очень вертикальная. Когда дело доходит до принятия решения, требуется гораздо больше времени, чем следовало бы. Таким образом, программа упрощения деятельности должна быть применена и к работе правительства. Существует также вопрос инвестирования в подготовку государственных служащих с высоким потенциалом. Опять же заметно, что очень немногие государственные служащие хотят принимать решения, они боятся это делать.

Решения продолжают приниматься на высоком уровне, что перегружает министров и вызывает дальнейшие задержки. Культура наказания – это проблема. Люди беспокоятся, что их накажут, если они совершат ошибку, и поэтому избегают принятия решений. Эту культуру необходимо изменить. Все это требует дополнительной подготовки на государственной службе с высоким потенциалом. Этому должны способствовать программы обмена, обучение руководителей, лидерство и обучение менеджменту. Это сработало на многих других развивающихся рынках. Интересно, что некоторые представители частного сектора Узбекистана прошли этот вид обучения в западных университетах. Мы должны предложить такой подход и в государственном секторе.

Еще одна область государственного управления, которую я очень хотел бы улучшить, – повышение потенциала ключевых министерств. Я бы предложил «обзоры возможностей» некоторых министерств, чтобы увидеть, действительно ли их можно улучшить дальше, что им нужно сделать, и реализацию планов действий по повышению потенциала министерств. У некоторых министерств уже есть желание пройти этот процесс.

Очень надеюсь, что недавно созданное Агентство стратегического развития внесет решающий вклад в ускорение реформ и покажет, как госуправление может быть более эффективным. Президент будет председательствовать в совете агентства, а министр инвестиций и внешйней торговли Сардор Умурзаков будет заместителем председателя. Я буду одним из членов совета.

Наконец, третий компонент – консультирование президента по вопросам коммуникаций и брендинга. Он включает в себя общение правительства с народом. Это должно быть двустороннее общение с обратной связью от общественности, со временем отходящее от подхода «сверху вниз». Туда также входит общение с бизнесом, более пристальное рассмотрение того, что бизнес говорит на консультациях. Нам необходимо создать более открытый и откровенный диалог между бизнесом и правительством, и здесь важную роль может сыграть Совет иностранных инвесторов, а также AmCham и ассоциации, представляющие местный бизнес.

Заключительная часть третьего столпа – брендинг страны. Бренд Узбекистана значительно улучшился за последние несколько лет, главным образом благодаря смене руководства страны в 2016 году и осуществлению важных реформ, особенно в области либерализации торговли и обменного курса. Дальнейшие реформы в экономической и политической сферах важны для будущего брендинга Узбекистана. Новое и молодое поколение, представляющее Узбекистан на международном уровне, могло бы стать частью международного брендинга.

– Нам известно, что вы разрабатываете стратегию экономических реформ в Узбекистане. Можете ли вы изложить ее основные принципы?

– «Дорожная карта» мер по стимулированию экономического развития, повышению эффективности государственного управления и международного сотрудничества была официально утверждена 24 июля. В документе четко определены необходимые действия, ответственные государственные должностные лица и сроки. Документ начинается с необходимости разработки Стратегии действий по развитию Узбекистана на 2022-2026 годы. Она должна быть подготовлена в консультациях с центральными и местными органами власти, бизнесом, гражданским обществом и международными партнерами к октябрю и утверждена к 1 декабря 2021 года.

Реализация программы развития рынка капитала на 2021-2023 годы, согласно обсуждениям с членами AmCham, должна быть завершена к концу следующего 2022 года. Это предполагает разработку законопроекта о рынках капитала, в том числе разработку механизмов реализации проектов, таких как приватизация, IPO, SPO с участием международных финансовых институтов. Также к марту 2022 года будет разработана комплексная промышленная политика, основанная на анализе конкурентных преимуществ промышленных секторов по регионам Узбекистана.

Это необходимо увязать с оценкой свободных экономических зон. Насколько мне известно, в настоящее время в Узбекистане действует 21 особая зона. Очевидный вопрос: если существует 21 СЭЗ, то что же тогда в них особенного? Я хочу, чтобы и промышленная политика, и свободные экономические зоны были пересмотрены, проанализированы и модернизированы. Только когда это будет сделано, иностранные инвесторы, в том числе члены AmCham, будут более заинтересованы в инвестициях.

Правительству также необходимо сосредоточиться на разработке к апрелю 2022 года программы постпандемического восстановления малого бизнеса и частного предпринимательства. Анализ влияния налоговой системы и административных барьеров должен основываться на огромном опыте международных финансовых институтов в этом секторе и на консультациях с компаниями частного сектора. Мы ожидаем, что к июлю 2022 года будет разработан пакет рыночных мер для сектора МСП. Реформа аграрного сектора должна быть проведена к марту 2022 года. Трехкомпонентная программа включает в себя анализ кластерной системы, цифровизацию и анализ системы управления водными ресурсами. Очевидно, что в этом секторе проводится большая работа. Правительство оказывает полную поддержку. Я думаю, что пришло время более тщательно изучить кластерную систему. Работает ли она, и что необходимо улучшить.

Приватизация и преобразование государственных предприятий - важная часть «дорожной карты». Как уже говорилось ранее, при приватизации основного стратегического актива мы должны быть абсолютно уверены в том, что процесс прозрачен. Я рекомендовал создать независимый комитет, состоящий из нерегиональных иностранных экспертов, для подтверждения продажи крупных государственных активов. После каждой крупной сделки (продажи) такой комитет должен публиковать публичный отчет. Важной частью этого процесса является преобразование и приватизация железных дорог и аэропортов. Нам нужно ускорить трансформацию государственных предприятий так. Внедрение современного корпоративного управления является важной частью приватизации.

В этом смысле необходимо укрепить потенциал Министерства финансов и Агентства госактивов, поскольку им придется проделать огромный объем работы, учитывая большое количество госпредприятий, включенных в программу приватизации. Другие сферы включают совершенствование государственно-частного партнерства, законодательство о государственном бюджете, государственные закупки.

Я не могу не подчеркнуть важность борьбы с коррупцией. Во время наших консультаций с членами AmCham в начале этого года коррупция упоминалась как огромное препятствие для ведения бизнеса в стране. Люди в правительстве также упомянули коррупцию как самую большую головную боль, с которой они сталкиваются. Я думаю, что AmCham и правительство должны сотрудничать в этой сфере. У Агентства по борьбе с коррупцией есть мандат, но вопрос в том, достаточно ли у него полномочий? На других развивающихся рынках есть множество примеров эффективных антикоррупционных агентств, на которые Узбекистан мог бы обратить внимание и извлечь уроки.

Я уже упоминал о важности создания юрисдикции общего права в Узбекистане. Существует также настоятельная необходимость урегулирования нескольких нерешенных споров Узбекистана с иностранными инвесторами. Я хотел бы ускорить урегулирование этих споров. В правительстве должно быть лучшее понимание того, что иностранные инвесторы общаются друг с другом и у них есть выбор, им не обязательно приезжать в Узбекистан, они могут уехать куда-то еще. Если оставить споры нерешенными, это плохо скажется на репутации Узбекистана как предпочтительного инвестиционного направления.

– Где имеются риски, которые могут сказаться на текущей траектории реформ?

– Можно с уверенностью сказать, что 2017-2019 годы были ключевым периодом реформ, главным образом в макроэкономической сфере. Реформы продвигались медленнее, в основном из-за пандемии. И будут битвы с заинтересованными сторонами, которые хотят сохранить статус-кво так, как это устраивает их лично, даже если это не отвечает национальным интересам. Это одна из классических проблем на всех развивающихся рынках с либерализацией, когда контроль, лицензии и разрешения находятся в руках немногих. Это также одна из проблем, затрудняющих приватизацию на развивающихся рынках. Заинтересованные стороны приложат много усилий для предотвращения конкуренции в процессе приватизации. Я уверен, что в случае избрания на следующий срок президент Шавкат Мирзиёев захочет, чтобы реформы ускорились. С новым сроком я ожидаю больших реформ в течение следующих пяти лет. Это важно для создания обновленной страны.

– Какие у вас отношения с президентом Шавкатом Мирзиёевым?

– У нас регулярно запланированы встречи один на один с одним переводчиком. Встречи длятся долго (обычно 2-3 часа) и часто за обедом, в том числе одна, на которой я встречался с семьей президента. Во время встреч мы говорим о многих вещах, не только о правительстве или политике, но и о семье. Мой отец недавно умер из-за коронавируса. Президент написал мне, и первое, что он спросил, когда недавно увидел меня в Ташкенте, – как поживает моя мама. Президент очень человечен, у нас с ним чуткие отношения. Это важно, потому что мы можем открыто обсуждать многие вещи.

Я чувствую, что могу говорить с ним свободно и откровенно – это показатель качества наших отношений с момента нашей первой встречи. Но я советник, а не лицо, принимающее решения. Поэтому важно понимать, что, хотя я волен давать свои советы, я не могу и не должен ожидать, что он всегда будет соглашаться со всем, что я говорю, или что ему, возможно, придется принимать решения в соответствии с политическим контекстом. Таким образом, у нас очень открытые и поддерживающие отношения. Я должен сказать, что личная теплота между нами очень важна.

– Существует ли связь между качеством государственного управления и качеством реформ?

– Я бы сказал, что второй компонент моей работы – повышение эффективности государственного управления – абсолютно важен для прогресса Узбекистана. Все остальные реформы не будут реализованы на удовлетворительном уровне, если государственное управление не улучшится. Выше я упоминал о создании Агентства стратегического развития Узбекистана, которое будет участвовать в каждом отдельном действии и работе в рамках первого компонента.

Агентство будет создавать экспертные площадки для взаимодействия государственных органов, международных организаций и предпринимателей с целью разработки мер по решению системных проблем реформирования отраслей экономики. У агентства будет акселератор стратегических инициатив. Его целью станет оперативное и эффективное решение острых проблем в области инвестиций и мобилизации ресурсов государственных органов.

Для начала потребуется несколько месяцев. Я надеюсь, что агентство наберет самых лучших сотрудников как из государственного, так и из частного секторов. Это означает, что сотрудникам агентства придется платить хорошую зарплату, а не обычную зарплату в государственном секторе, чтобы получить наиболее способных сотрудников.

Я бы хотел, чтобы агентство также привлекало людей из частного сектора. Может быть, люди из частного сектора придут на краткосрочные проекты. Я сделал нечто подобное в 1999 году в Великобритании. Эксперты частного сектора были откомандированы на 6 месяцев в мое агентство при правительстве Великобритании. Их зарплата выплачивалась частным сектором. Для компаний есть преимущество в том, что кто-то внутри правительства действительно работает над реформированием важных для них политических вопросов. Со стороны правительства хорошо, когда люди из частного сектора консультируют по вопросам разработки политики с точки зрения отрасли. Это беспроигрышная ситуация с точки зрения государственного и частного секторов. Будем надеяться, что новое агентство будет таким же. 

– Инвестиционные перспективы Узбекистана в свете последних изменений в стране значительно расширились. Какие отрасли вы посоветуете инвесторам для инвестиций?

– Сельское хозяйство должно быть одной из хороших возможностей. Оно вносит большой вклад в долю ВВП страны, в нем занято много населения. На данный момент производительность труда в сельскохозяйственном секторе недостаточно высока. Это дает иностранным инвесторам множество возможностей для повышения эффективности сектора, в том числе за счет совершенствования технологий, совершенствования управления процессами и построения цепочки поставок.

В целом этот сектор имеет конкурентные преимущества в глобальном масштабе, поскольку сельскохозяйственная продукция Узбекистана уже очень хорошо известна на рынке СНГ. Туристический сектор также предоставляет много возможностей иностранным инвесторам. В Узбекистане есть такие фантастические туристические достопримечательности, как Самарканд, Бухара, Хива, и гораздо менее известные, но очень аутентичные места. Ташкент также стоит посетить на день-два. Туристам очень хочется побывать в регионах, увидеть подлинную узбекскую культуру. К сожалению, качество гостиниц в регионах оставляет желать лучшего во всех категориях.

Узбекистан мог бы привлечь во много раз больше туристов по сравнению с сегодняшним днем за счет диверсификации туристического продукта, совершенствования инфраструктуры и наращивания потенциала людей в этом секторе. Я говорю о привлечении туристов молодого поколения, деловых туристов в дополнение к категории 65+, которая сейчас является наиболее популярной. Для этого важно улучшение знания английского языка по всей стране, более деловое мышление и лучшее качество отелей в регионах.

Это два сектора, которые должны быть очень открыты для иностранных инвестиций, и члены AmCham должны быть очень заинтересованы этими двумя секторами.

– Несмотря на усилия по диверсификации экономики, топливно-энергетический комплекс и экспорт золота продолжают играть ключевую роль. Как Узбекистан может осуществить переход к экспортно ориентированной экономике с высокой добавленной стоимостью?

– Несмотря на пандемию, Узбекистан продемонстрировал положительный экономический рост в 2020-2021 годах. Прогноз для экономики Узбекистана в среднесрочной перспективе также является позитивным. Развитие страны, включая диверсификацию экономики, будет зависеть от программы реформ, то есть от продолжения программы приватизации, ГЧП, реформы рынка капитала – всего того, что мы затронули. И это принципиально важно для развития конкуренции, сильного частного сектора и рыночной экономики. В дополнение к двум секторам, о которых я упоминал ранее (сельское хозяйство и туризм), важное значение будет иметь работа в области промышленной политики, упомянутой в «дорожной карте». Если анализ будет проведен хорошо, он должен четко указать другие перспективные сектора для диверсификации экономики. В сочетании с другими компонентами «дорожной карты» это должно привлечь внимание инвесторов.

Узнавайте о важных материалах Dynamic Uzbekistan в нашем Telegram-канале